Русский язык в Сибири

Русский язык в Сибири — это тот же русский национальный язык, но имеющий много своеобразных черт. Это своеобразие русского языка в Сибири сформировалось за четыреста лет его употребления многими поколениями русских людей (начиная от первопроходцев и заканчивая нашими современниками) в условиях сибирской географической среды, к которой они должны были приспосабливаться. Это был процесс плодотворного взаимодействия культур русского и сибирских народов.

Сибирский язык – это проект литературного восточнославянского языка, на базе сибирского старожильческого говора 18-19 вв. Восточнославянские диалекты на север от Киева и восток от Полоцка были разнообразны издревле. В отношении новгородского диалекта различия зафиксированы уже в 11-12 веках. Формирование литературных языков на их основе во многом зависело от политической конъюнктуры, в случае сохранения независимости Новгорода, например, новгородский язык определенно был бы отличен от московского.

Русский язык

Русский язык

Имеющаяся «ломоносовская» версия русского литературного языка в малой степени учитывает народные диалекты славянского Севера, переполнена старославянскими и западными заимствованиями, впитала дворянско-имперский менталитет Российской империи и советскую ментальность. Все это делает возможным и желательным создание независимых литературных языков на базе реальных народных диалектов.

Русский язык с самого начала его бытования в Сибири был не литературным, а диалектным. Литературно-письменный язык стал распространяться в Сибири в конце XVII в., в период развития русского национального государства с его органами власти и управления. Он существовал, главным образом, в форме делового стиля. До Октябрьской революции воздействие русского литературного языка на диалектную сибирскую речь было слабым: его знала или осваивала незначительная часть населения Сибири, главным образом, интеллигенты, а также семьи зажиточных слоев населения (купечества, буржуазии).

Первыми русскими переселенцами в Сибири были северновеликорусы, выходцы из городов и населенных пунктов Европейского Севера (Устюга, Вычегды, Холмогор, Пинеги, Цыльмы и др.) с последующим переселением носителей других русских говоров: псковичей, новгородцев, тверичей и др. В зависимости от количества этого пришлого населения в различных местах Сибири по-разному формировались и разные типы говоров.

Все сибирские говоры можно подразделить на четыре основных типа: 1) старожильческие (челдонские); 2) смешанного типа; 3) говоры новоселов; 4) так называемые «островные» говоры.

Наибольшей устойчивостью языковых черт отличаются старожильческие говоры Сибири, созданные на севернорусской основе. В них сохраняются все основные черты материнских северновеликорусских говоров. Но за четыреста лет существования на «сибирской почве» они существенно изменились, особенно в лексике. В архангельских, вологодских, пермских, олонецких говорах известны два видовых названия косы :стойка «коса, насаженная на длинное копье, которой косят стоя» и горбушка «коса с короткой изогнутой рукояткой, приспособленная для скашивания травы под деревьями, а также в неудобных, заросших мелким кустарником местах». В условиях Сибири и тот и другой вид косы оказались непригодными. И поэтому вместе с  предметами исчезли и слова (сибиряки пользуются косой-литовкой).

В XVIII в. в Сибирь были высланы из западной части России многие старообрядцы, которые на Алтае получили название «верхнеудинских» и в Забайкалье — «семейских». В XIX в. приток переселенцев в Западную и Восточную Сибирь возрастает главным образом за счет русских  из центральных и южных областей, а также украинского и белорусского населения.

Разнотипный характер русских говоров Сибири, наличие смешанных и «островных» говоров — все это создает такую пеструю картину переплетения разнодиалектных черт. В лексике в абсолютном большинстве сибирских русских говоров преобладает «старожильческий » слой, развившийся на северновеликорусской диалектной основе, что обусловлено внеязыковыми причинами: общностью географической среды, расселением носителей старожильческих говоров по всей территории Сибири.

В сибирских говорах широко известно заимствованное из нанайского языка слово кета в значении «ценная красная рыба из семейства лососевых». С этим значением, но с иным ударением слово из сибирских говоров вошло в лексику русского литературного языка. Но в нанайском языке слово киата имеет значение «любая снулая, т. е. неживая или полуживая рыба, всплывшая на поверхность и увлекаемая течением», а порода красной ценной рыбы из семейства лососевых в нанайском языке называется словом дава. Возникает вопрос: почему русские заимствовали из нанайского языка слово кета, а не дава? Как известно, кета (а в Амуре из лососевых больше всего водилась кета) после нереста погибает, поэтому она и составляет основную массу «снулой» рыбы. Русские переселенцы на Амур прежде всего  обратили внимание на эту породу рыб и перенесли название кета «снулая, дохлая» на этот вид лососевых, не восприняв нанайского значения слов киата — дава (ведь для такого противопоставления «снулой» и «живой» рыбы в сознании русских людей, приехавших на Амур, прежде не было предметной основы: в русских реках рыба не погибает и не становится «снулой» после нереста).

Такое же переосмысление в говорах Сибири произошло в заимствованном из монгольских языков слове чалдон. В монгольских языках оно имело значение: «бродяга, каторжник»,  в сибирских русских говорах: «коренной сибиряк, русский, старожил». Судя по тому, что слово это заимствовано в XIX в., можно полагать: в XIX в. значительную часть сибирского населения стали составлять люди, сосланные в Сибирь царским правительством и оставленные там на вечное поселение.

В современном «полудиалектном» состоянии говоров, как это ни странно, именно лексика проявляет еще некоторую устойчивость в употреблении: она в отличие от синтаксиса «имеет опору» в предметах, явлениях.

Изучение сибирской диалектной лексики было бы невозможно без издания диалектных словарей. За последние двадцать лет было создано и вышло в свет около десяти сибирских региональных словарей. Все эти словари неполные, так как не отражают системный характер лексики говоров Сибири.

При собирании материалов для полного словаря прежде всего надо иметь в виду говоры обширных территорий Омской, Тюменской, Читинской областей и Дальнего Востока, «островные» говоры Якутии и Бурятии. В наши дни можно предположить, что в ближайшие десятилетия носителями диалектной сибирской речи останутся единицы людей старшего поколения.

На протяжении 20 века сибирские диалекты вымирают под давлением официального русского, и в связи с уничтожением крестьянства как основного носителя диалекта. В то же время с середины 20 века начинается их научное изучение, а современные возможности Интернета делают создание и развитие местного литературного языка технически несложным делом.